В спертой атмосфере прокуратуры чувствовалось нечто необычное. Я постоял перед дверью своего кабинета, замедленно ковыряя ключом в замке. В коридоре то и дело хлопали двери, а из кабинета криминалистики доносился непонятный шум. Я сел за стол и набрал номер Моисеева.

  — Добрый день, это Турецкий. Вы мне можете сказать, что там у вас происходит?

— Я к вам бегу, Александр Борисович!

  — Да нет, Семен Семеныч... — Но Моисеев уже положил трубку.

  Прокурор-криминалист Семен Семенович Моисеев бочком протиснулся в приоткрытую дверь. Он был при полном параде — в форме советника юстиции, с многочисленными медалями на мундире. Лицо его выражало крайнюю степень смущения, смешанного с торжеством. И только обтрепанные манжеты чисто выстиранной рубашки выдавали в нем прежнего Моисеева.

  — В чем дело — на ковер к генеральному вызвали?

  — Не угадали, гражданин начальник...

  — Значит, в поликлинику? Намерены под прикрытием этих игрушек проскочить без очереди?

  — Саша, не заставляйте меня прибегнуть к оценочным словам...

  — Валяйте, не стесняйтесь.

  — Вы бездарный следователь.

  — Признаю — я бездарен. Но все-таки в чем дело?

  — А вот это, Александр Борисович, моя маленькая тайна... — Мне показалось, что Семен Семенович шамкает ртом меньше обычного. — Впрочем, я шучу, Саша. Вот вас вчера не было, а у нас, можно сказать, забавные новости. Пока вы с капитаном Грязновым занимались вашим борделем, к нам тоже прислали девочек... Нет, нет!! Не в этом смысле!! Практиканток— целых трех! И двух пареньков, — заговорщически подмигнул, — пошли!

  У прилавка с выкладкой оружия стояла очень худенькая и очень красивая девчонка с раскосыми японскими глазами. Да что это сегодня — день необыкновенных красавиц?! Во всяком случае, становилось более понятным поведение Семена Семеновича.